филиала компании «Делакур».
– Могу я поговорить с управляющим?
– К сожалению, сеньор Монтемайор находится в Гаване. Он лично руководит всеми закупками, контрактами, договорами на перевозку и тому подобными делами. Быть может, вы зайдете через неделю?
Торнтон объяснил, что он не собирается покупать или продавать что-либо; его интересует информация касательно похищения груза А-42.
– Но похищение было совершено не у нас, – возразил Энрикес. – Какая информация может быть у меня?
– Ну, видите ли, довольно необычно, что кто-либо мог похитить одну-единственную партию тяжелой сельскохозяйственной техники и совершенно не обратить внимания на все остальные товары, хранящиеся на складе. Я ищу возможные мотивы.
– Да? – переспросил Энрикес. Он был похож на некоторых азиатов, которых приходилось встречать Торнтону: вежливый, непроницаемый, намеренно тупой.
– Полагаю, в вашем бизнесе есть конкуренты?
– Да, есть несколько. Но эта техника не была дефицитом. Мы можем вновь заказать и получить отправление в течение десяти дней. Чтобы нанести нам ущерб, конкуренты должны были похитить машины после того, как мы забрали их со склада. – Энрикес улыбнулся. – Возможно, мистер Торнтон, вам следует поискать среди ваших собственных конкурентов.
– Мы этим занимаемся, – ответил Торнтон. – Но мы хотим убедиться, что ничто не ускользнуло от нашего внимания. Не принесет ли вам какие-либо неприятности задержка с доставкой?
– Ничего серьезного.
– А в прошлом ваши грузы проходили через нашу компанию?
– Несколько раз в прошлом году. Почему вы спрашиваете?
– Обычная проверка, – отозвался Торнтон. – Мы проверяем производителя и отправителя в равной степени. Должна быть какая-то причина, по которой похитили только этот конкретный груз.
– Может быть, – сказал Энрикес. – А может быть, и нет.
Эта игра в вопросы и ответы явно наскучила ему. Одна из девушек взяла со своего стола стопку писем и подошла к управляющему.
– Вот эти письма готовы к отправке, сеньор Энрикес.
Девушка была очень симпатичной – стройная худощавая латиноамериканка, длинные черные волосы изящно обрамляют овальное лицо, твердый и печальный изгиб губ несколько сглаживает впечатление «девушки с картинки», создаваемое безупречными чертами.
– Очень хорошо, – ответил Энрикес. – Займитесь этим, Эстелла. И, пожалуй, купите конвертов для отправки авиапочтой.
Девушка вышла. Энрикес повернулся к Торнтону:
– Что-нибудь еще?
– Еще один вопрос. У вас когда-либо похищали грузы после того, как вы их получили?
– Нет.
– А до получения?
– Никогда.
– Благодарю вас, – сказал Торнтон. Он оставил управляющего, который вновь принялся за чтение комиксов, и вышел на улицу. Он испытывал недовольство и досаду. Это было весьма посредственное начало для его детективной карьеры.
…Он зашел в забегаловку под пальмой и заказал кофе. Кофе был столь же горьким, как и думы Торнтона. Никаких подозрений, никакого ключа, никакого следа, по которому мог бы пойти одаренный самоучка. Быть может, ему следовало подождать, пока Стивен Дэйн не прибудет в Майами. Быть может, ему вообще не следовало браться за это дело.
– Мистер Торнтон?
Он повернулся и увидел, что за соседним столиком сидит девушка из офиса «Делакура». Она по- прежнему держала в руках стопку писем. Он вспомнил ее имя: Эстелла.
– Вы пытаетесь найти похищенный груз?
– Моя компания несет за него ответственность, – ответил Торнтон. – Конечно, я хочу его найти.
– И вы в одиночку занимаетесь таким делом?
У Торнтона сложилось впечатление, что она ждет от него какой-то кодовой фразы, какого-то пароля. Он сказал:
– Я работаю вместе с мистером Стивеном Дэйном.
Несколько часов спустя эти слова стали чистой правдой.
– Вы будете осторожны с полученной информацией? Я не хотела бы, чтобы мистер Энрикес узнал, что я говорила с вами.
– Я буду чрезвычайно осмотрителен.
Она настороженно посмотрела на него, и Торнтон понял, что она пытается оценить, насколько на него можно положиться. Он решил, что она скорее красива, нежели просто миловидна. Она была в белой блузке и черной юбке, и во всей ее стройной фигуре чувствовалось напряжение – держалась она очень прямо. Судя по ее взгляду, Торнтон произвел на нее не больше впечатления, чем ящерица, греющаяся на солнцепеке.
Неожиданно она произнесла:
– Мистер Торнтон, вы можете найти похищенный груз в заброшенном складе у пересечения шоссе номер 13 с Фламинго-роуд. Вы знаете, где это?
– Найду. Откуда вам это известно?
– От друзей, – ответила Эстелла. – Но вам не следует говорить, что вы узнали это от меня. Я могу потерять работу.
– Не понимаю, почему?
– В компании «Делакур» не одобряют вмешательства женщин в такие дела. Им не понравится, что у меня есть друзья, располагающие такими сведениями.
Торнтону это показалось не очень-то убедительным. Но он кивнул и спросил:
– А как я объясню, откуда мне это известно?
– Возвращайтесь в отель. Оставайтесь в своей комнате примерно в течение получаса. Потом вы можете сказать, что вам позвонил по телефону какой-то мужчина, отказавшийся назвать себя. Мужчина говорил с легким немецким акцентом. Это звучит достоверно, не так ли?
– Великолепно, – отозвался Торнтон. – Почему же этот мужчина, говоривший с немецким акцентом, решил поделиться со мною сведениями?
Эстелла пожала плечами:
– Он не сказал. Никто не спросит об этом. Сведения часто приходят таким путем.
– И вы узнали это от своих друзей?
Эстелла кивнула.
– У вас интересные знакомые.
– Вас это не касается, мистер Торнтон.
– Хорошо, – сказал Торнтон. – Мне позвонил некто злобный, лысый, говорящий с немецким акцентом, хромой, со шрамом на левой щеке.
– Такие подробности необязательны. – Неожиданно Эстелла улыбнулась. – До свидания, мистер Торнтон. Пожалуйста, будьте очень осторожны.
Торнтон смотрел ей вслед, отдавая дань восхищения ее стройным ногам и прямой осанке. Она была прелестной девушкой, хотя, пожалуй, чересчур сдержанной, к тому же понимающей все буквально. Возможно, в этом было повинно испанское воспитание. На ум ему пришли рассказы об уединенных асиендах и строгих дуэньях. Он представил себе милую, очень серьезную девочку, которая ходила к обедне в белых перчатках и много размышляла о божественном. Торнтон гадал, каким образом она могла узнать о местонахождении груза, – если допустить, что ее информация была правдивой. Быть может, у нее есть приятель, как-то связанный с подонками общества? Эта мысль ему не понравилась. Эта девушка была такой