утомила графа. Девушка даже подумала было оставить его, но, нащупав бархат в кармане, двинулась к спящему.

Однако Эдвард спал не так глубоко, как ей показалось вначале. Стоило ей обвязать галстук вокруг его правого запястья, как он открыл глаза и резко сел. Недоуменно глядя на свою руку, он спросил:

– Что ты вытворяешь?

Флоренс затрепетала от такого жесткого тона. Подобной реакции она не предвидела.

– Прости... я совершила ошибку? Женщине нельзя такое делать?

– Ни одной женщине нельзя делать такое со мной, понятно?

Девушка попятилась, выпуская галстук из пальцев, в то время как Эдвард раздраженно пытался его развязать.

– Прости... мне не стоило будить тебя. Ты явно в дурном настроении.

– Да все в порядке с моим настроением! – Он взглянул на Флоренс так гневно, что ее щеки запылали. Граф сделал паузу, словно собираясь с силами, и продолжил: – Послушай меня, Флоренс. Я виноват, что сорвался, но, должно быть, ты не так поняла то, что произошло между нами ночью.

– Не так? – спросила девушка, холодея.

– Я не виню тебя в этом. Только я виноват в том, что случилось. Ты юна и неопытна, а я... мне нужна была женщина. Я знаю, что мой поступок не имеет оправдания. Но такова жизнь. – Он говорил очень внятно, четко выговаривая слова, как будто с трудом подбирал их. Но Флоренс казалось, что каждое слово доходит до нее с опозданием. Все, что она поняла, – это то, каким холодным снова стал голос графа. – Важно другое, – продолжал тот. – Я переговорил с Фредди. Как я и подозревал, у него и в мыслях не было разрывать помолвку. Наоборот, он всецело готов к тому, чтобы пройти через вашу свадьбу.

– Пройти через свадьбу, – словно эхо, повторила Флоренс. Господи, как чопорно и гадко это звучит!

– Завтра я уезжаю, – снова заговорил Эдвард. – У меня дела на мельнице. Полагаю, что вы с Фредом все выясните и обговорите к моему возвращению. Кроме того, я очень надеюсь, что ты успеешь забыть все то, что было между нами, – для твоего же блага, Флоренс. – Он нахмурился и посмотрел на нее самым холодным взглядом, на какой только был способен. – То, что случилось, больше никогда не повторится!

– Но тогда зачем ты отдал мне это? – Девушка вытянула вперед руку, на которой тускло и как-то жалко сверкнул рубин.

Эдвард уставился на отцовское кольцо так, словно впервые увидел его.

– Вот черт! Откуда оно у тебя?

– Ты оставил его на моей подушке.

– Не может... Черт, должно быть, оно соскользнуло с пальца ночью. Так иногда бывает, когда мне холодно.

Флоренс отшатнулась.

– Тогда я буду молить Бога о том, чтобы тебе всю твою жизнь было холодно!

Эдвард уставился на Флоренс так, словно она швырнула в него гадюку. У него был такой растерянный вид, что девушка пожалела о своих словах. Но как он мог поступить с ней столь жестоко, а теперь выглядеть таким несчастным, словно это его сердце разбилось на кусочки?

«Глупая Флоренс, – подумала девушка с отчаянием. – Глупая и доверчивая!»

– Значит, то, что случилось этой ночью, не имеет для тебя значения? – устало и обреченно спросила она.

Эдвард сник, словно на плечи ему навалился тяжкий груз, но ответил твердо и спокойно:

– Почему же? Мне понравилось то, что между нами было. Но не более того.

Флоренс с ужасом смотрела ему в лицо, словно была готова увидеть в нем очертания дьявола, но перед ней были только прямой, хищный нос, хмурые брови и синие-синие глаза.

– Ты не заслужил того, что было между нами, – произнесла она жестко. – Такие люди, как ты, не заслуживают ни любви, ни понимания.

Граф молча опустил глаза. Он не попытался объясниться, не стал молить о прощении – он вообще не сказал ничего из того, чего так ждала Флоренс.

«Это ошибка! – хотелось закричать ей. – Глупая, нелепая ошибка! Ты же на самом деле любишь меня? Я знаю, что любишь!»

Флоренс, не отрываясь, смотрела на темную вену, бившуюся у самого горла Эдварда.

Затем она отвернулась и вышла.

Девушка двигалась по коридору второго этажа словно лунатик, не замечая ни семейных портретов в золотых рамах, ни озадаченного взгляда одной из горничных, быстро прошедшей мимо. Ей так сильно хотелось верить, что Эдвард любит ее, что она сумела убедить себя в том, будто это правда. Кэтрин Эксетер была права: женщину легко обмануть. Она сама сунула голову в петлю, позволив жестоким рукам затянуть ее.

«Боже мой, Боже мой», – стучали ее шаги в коридоре в такт колотящемуся сердцу. Что же ей делать теперь?

Какая-то часть Флоренс пыталась убедить ее, что проще всего будет броситься за помощью к Фредди, убедить его жениться на ней и спасти от того кошмара, в котором она оказалась сегодня.

Но что бы ни говорил Эдвард, девушка внутренним чутьем понимала: Фредди не хочет этого брака – отказ так и сквозил в его взгляде накануне, в его равнодушном поцелуе два дня назад. Наверняка то, что он передумал, – вина его брата. По собственному опыту Флоренс было известно, как тяжело противостоять

Вы читаете Запретный плод
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

1

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату