Однако некоторые правители Восточной империй продолжали лелеять честолюбивые замыслы о восстановлении бывшей силы и власти, и во время правления Юстиниана (527–565 гг.) была предпринята попытка отвоевать утраченные территории Западного Средиземноморья. Во время нескольких кампаний одна за другой снова были захвачены Северная Африка, Сицилия и Италия, хотя эти победы, как выяснится в будущем, окажутся недолговечными. Выдающимся полководцем в этих операциях показал себя Велизарий, человек, получивший первый опыт командующего армией в войнах на восточной границе.{403}
Велизарий был копьеносцем
В 526 г. Велизарий и другой копьеносец из императорской стражи, Сита, возглавили войско, посланное для того, что устроить набег на один из регионов империи Сасанидов, известный как Персармения. Поначалу дела шли хорошо, и римляне захватили значительную добычу, но вскоре они столкнулись с превосходящими войсками персов и потерпели поражение. Эта операция была частью военных стычек на границе, которые вспыхивали в течение десятилетий после окончания войны между двумя державами в 502–506 гг. Затем война возобновилась, когда персидский шах Кавад (или Кавус в латинской транскрипции), испытывавший нужду в деньгах, получил от императора Анастасия отказ предоставить ему ссуду или безвозмездную помощь. Персы внезапно устроили грабительский рейд в римские провинции, рассчитывая получить быструю выгоду. В конце концов переговоры привели к договору о семилетнем мире, по которому римляне обязались выплатить персам определенные суммы, и обе стороны ограничивали строительство новых укреплений вдоль границы.
Мир оказался непрочным, и напряжение стало нарастать, когда в начале 520-х Кавад попытался навязать принятую в Персии зороастрийскую религию зависимым от него иберийским государствам — этот шаг, возможно, больше был вызван политическими соображениями, а не религиозными убеждениями; Кавад просто боялся, что иберы перейдут на сторону Рима. Иберы, исповедовавшие христианство, обратились к византийскому императору за поддержкой. Каждая сторона подталкивала своих союзников к нападению.
Потом возникли новые осложнения, когда стареющий Кавад, который не любил своего старшего сына Каоса, попытался сделать так, чтобы его преемником стал младший сын Хосров. Послы персов прибыли к дяде Юстиниана, императору Юстину с просьбой, чтобы он усыновил Хосрова и таким образом помог ему сделаться преемником Кавада. Юстину и Юстиниану поначалу понравился этот план, но потом они стали подозревать, что настоящая цель Кавада заключалась в том, чтобы его сын мог стать претендентом на византийский трон. Они в свою очередь предложили ограниченное усыновление, которое часто применялось для членов варварских царских семей, но не позволяло им притязать на императорский трон. Но это предложение было воспринято персами как оскорбление.
Опасения римлян, как и предложение шаха Кавада, отражали изменившиеся к VI веку отношения между двумя державами.{404}
Напряжение между Персией и Византией продолжало расти, пока возобновление открытых боевых действий не стало казаться неизбежным. В пограничной области было много крепостей, позволявших контролировать окружавшую их территорию. Битвы теперь стали редкостью, обычно боевые действия выражались в набегах, вроде того, что устроил Велизарий, а твердыни обеспечивали надежные базы, с которых можно было осуществлять военные экспедиции. В 505 г. римляне начали строительство новой крепости возле Дары, приблизительно в 15 милях от удерживаемого персами Нисибиса. Возведение новой крепости после того, как уже был объявлен мир, возмутило персов, особенно когда римляне увеличили размещенные там войска.
Все действия на границах — строительство новых крепостей или концентрация войск — рассматривались как провокационные. Иногда одной демонстрации силы было достаточно, чтобы заставить римлян вывести гарнизоны из новых фортов, — как случилось с двумя фортами на иберийской границе около 527 г. В 528 г. Велизарию было поручено строительство форта около местечка Миндуй (теперь точно нельзя определить, что это за место; очевидно, недалеко от Нисибиса). Эта позиция не подходила для обороны от сильного врага, но, возможно, целью этой операции было отвлечь персов от укрепления Дары.
Обе первые операции Велизария окончились неудачно, но его способности и верность были замечены. Когда Юстиниан стал единственным императором после смерти Юстина в 527 г., Велизарию предоставлялись все более высокие посты. В 530 г. он был назначен начальником солдат на Востоке
На протяжении своей карьеры Велизарию приходилось в основном полагаться на кавалерию. Обычно он доверял пехоте сражаться только при самых благоприятных обстоятельствах. В состав его конных войск возле Дары входили 1200 гуннов (они сражались как конные лучники) и 300 герулов (народ с берегов Данубия, славившийся своей свирепостью). Все эти войска окажутся высоко эффективными в предстоящем сражении. Еще в состав кавалерии входили собственные воины Велизария — букцелларии
В июне против римлян выступила еще более крупная армия персов. Она насчитывала около 40 000 человек и командовал ею человек по имени Пероз или Фируз, который принадлежал к роду Миранов, аристократической семьи, из которой вышло так много персидских командующих, что римляне стали считать, что «Миран» — это воинское звание.
Как и в случае с римской армией, основной силой персов были конные войска, так как большинство персидской пехоты составляли плохо снаряженные рекруты, не особенно стремившихся сражаться. В большинстве случаев они были даже менее эффективны, чем римские пехотинцы. Перед началом решающей фазы сражения к Перозу подошло подкрепление в 10 000 человек из гарнизона Нисибиса, но они, по-видимому, не были самыми лучшими войсками.
Почти вся персидская кавалерия была тяжелой и состояла из катафрактов, коня и всадника защищала броня. Они были вооружены луками и обычно предпочитали поражать противника издалека, но при необходимости вступали в ближний бой. У Пероза также имелись «бессмертные» как элитный кавалерийский резерв. Они были названы так в честь царской стражи царя царей, которые служили персидскому владыке еще до того как Александр разбил империю Дария. Неясно, были ли все 10 000 этих людей в армии Пероза.{406}
Прокопий пишет, что персы были в высшей степени самоуверенны, когда их армия стала лагерем в нескольких милях от позиции римлян. Персы не только превосходили своих соперников численно, их самомнение поддерживала память о том, что в последние десятилетия они побеждали римлян во всех крупных сражениях.
Пероз отправил посланника, приказав Велизарию приготовить для него ванну в Даре на следующую