сержант Колон отдал честь и спросил:

– Мы можем разойтись по домам, сэр?

– Что? Почему?

– Ну, если дело закрыто?

– Я сказал это только для того, чтобы у них не осталось и тени подозрений.

– А. Очень мудро, – быстро произнес сержант. – Я так и подумал. Он сказал это, чтобы не осталось и тени подозрений. Именно так.

– Убийца все еще на свободе. И не просто убийца, а кое-кто похуже.

Моркоу оглядел совершенно не похожих друг на друга стражников.

– А сейчас, как мне кажется, пришла пора разобраться с Дневной Стражей, – сказал он.

– Э… Поговаривают, будто на улицах города настоящий бунт, – откликнулся Колон.

– Именно поэтому нам и нужно разобраться со всем этим.

Колон прикусил губу. Он не был трусом. В прошлом году, когда в городе объявился дракон, сержант Колон стоял на крыше и выпускал стрелу за стрелой в летящее на него с открытой пастью чудовище – правда надо признаться, что потом ему пришлось сменить нижнее белье. Но это было просто. Огромный огнедышащий дракон был самым что ни на есть настоящим. Вот он, прямо перед тобой, и собирается зажарить тебя заживо. Не о чем было беспокоиться. Вернее, беспокоиться было о чем, но все было… просто. Никакой тебе таинственности.

– И мы будем разбираться? – уточнил он.

– Да.

– О, прекрасно. Люблю разбираться.

Старикашка Рон был на хорошем счету в Гильдии Попрошаек. Он был бормотальщиком, причем искусным. Старикашка Рон целые кварталы тащился следом за прохожим, бормоча что-то на своем языке, пока ему не давали денег, лишь бы он отвязался. Люди считали его сумасшедшим, но сумасшествие тут было ни при чем.

На самом деле Старикашка Рон воспринимал окружающую реальность на космическом уровне и поэтому не видел всякую мелочь, как-то: людишек, стены, мыло (хотя, если требовалось разглядеть совсем мелкие предметы, например монеты, его глаз мгновенно обретал остроту, которой позавидовал бы даже орел).

Таким образом, он не очень удивился, когда мимо него пробежала привлекательная молодая женщина и принялась срывать с себя одежду. Такие события случались постоянно, правда внутри его головы.

А потом он увидел то, что произошло дальше.

Умчалась прочь стрелой золотистая поджарая тень.

– А я что говорил?! А я что говорил?! А я что говорил?! – завопил вслед Рон. – Они еще получат трубу старьевщика не тем концом. Разрази их гром! Десница тысячелетия к моллюск! А я же говорил!

Когда появилась Ангва, Гаспод быстро завилял тем, что формально считалось его хвостом.

– Переоделась в нечто поудобнее, – похвалил он чуть неразборчивым голосом. Кость из пасти он так и не выпустил. – Молодец. Я тут принес тебе маленький сувенир…

Наконец он бросил кость на мостовую. С волчьей точки зрения она выглядела ничуть не аппетитнее, чем с человечьей.

– Зачем? – спросила Ангва.

– Слушай, что ты капризничаешь? – укоризненно сказал Гаспод. – Отличная кость. Все настоящие заводчики дворовых собак настоятельно рекомендуют…

– Забудь, – велела Ангва. – Как ты обычно пробираешься в Гильдию Наемных Убийц?

– А потом мы могли бы покопаться в помойках, что на Федрской дороге, – предложил Гаспод, стуча по земле обрубком хвоста. – Там такие крысы, волосы встают дыбом даже на… Нет, все правильно, забудь, что я заикнулся об этом, – произнес он быстро, заметив яростные искорки в глазах Ангвы.

После чего вздохнул.

– Из кухни выходит канализационная труба.

– В нее может пролезть человек?

– Туда даже гном протиснуться не сможет. А зачем нам в Гильдию? Там сегодня спагетти. В них костей нету…

– Пошли.

Он покорно заковылял следом.

– Такая классная косточка… Лишь чуть-чуть позеленела. Ха! Готов поспорить, если б этот твой верзила подарил тебе коробку шоколадных конфет, ты бы ее посреди улицы не бросила…

Гаспод даже съежился, когда она чуть не набросилась на него.

– Да что такое ты несешь?

– Ничего! Ничего!

Он снова поплелся за ней следом, продолжая скулить.

Ангва тоже чувствовала себя скверно. Отрастающие каждое полнолуние клыки и шерсть были непростой проблемой. Несколько раз в прошлом она думала, что вот, наконец-то, ей повезло… но потом оказывалось, что немногим мужчинам нравится поддерживать отношения с женщиной, которая вдруг обрастает шерстью и начинает выть на луну. И тогда Ангва дала себе зарок: никаких связей подобного рода.

Что же касается Гаспода, он уже смирился с жизнью без любви или, по крайней мере, без чего-то большего, нежели прозаические чувства, которые до сего момента ему удалось проявить лишь к излишне доверчивой чихуахуа и, совсем на краткий миг, к ноге почтальона.

Порошок № 1 ссыпался по сложенному листу бумаги в металлическую трубочку. Будь проклят этот Ваймс! Кто мог подумать, что он попрется на крышу оперного театра? Целый комплект трубочек был потерян. Правда, у него еще оставалось три таких комплекта. Мешок порошка № 1 и элементарные знания технологии литья из свинца – вот и все, что нужно человеку, чтобы править городом…

Ружие лежало на столе. Металл испускал голубоватое сияние. Впрочем, нет, то был, скорее, блеск. И конечно, это все масло. Это масло так блестит. Ведь ружие – обычная железяка. Оно не может быть живым.

И все же…

И все же…

– Говорят, та несчастная девочка была простой нищенкой, никакого особого места в Гильдии не занимала!

«Ну и что? Что с того? Она сама подставилась. Моей вины тут нет. Это ты во всем виноват. Я – обычное ружие. Ружия не убивают людей. Людей убивают люди».

– Ты убило Крюкомолота! Я видел, ты само выстрелило! А он ведь починил тебя!

«Ждешь благодарности? Он сделал бы еще одно

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату